Помочь сейчас

Вы можете помочь нуждающимся пожилым людям Помочь сейчас

Координатор сети

ОО «Ресурсный центр для пожилых» 720000, Кыргызстан г.Бишкек, ул.Токтогула 98 Тел.:+996 (312) 88-22-67; +996 (706) 89-18-06; +996 (770) 89-18-06
www.rce.kg

Обратная связь

Здесь Вы можете отправить сообщение которое мы обязательно рассмотрим и в случае необходимости ответим на указанный Вами адрес электронной почты

Геронтология

Могут ли старики, которым уже за семьдесят, рассчитывать, что их лечением будут всерьез заниматься?

Рассуждает главный внештатный гериатр Минздрава Ольга Ткачева.

В рамках V Всероссийского съезда геронтологов и гериатров врачи, чиновники от Минздрава обсудили, какой должна быть медицина в мире, в котором почти четверть населения составляют пожилые люди (таков прогноз к 2050 году). О том, как сейчас лечат стариков в российских больницах и поликлиниках, «Росбалт» поговорил с директором Российского геронтологического научно-клинического центра, главным внештатным специалистом-гериатром Минздрава России, президентом Российской ассоциации геронтологов и гериатров Ольгой Ткачевой.

— Врачи в поликлиниках часто не воспринимают жалобы пожилых пациентов всерьез. У меня нет на руках статистики, и вряд ли она вообще существует. Но есть примеры из жизни, которые произошли в семьях моих друзей, коллег.

Дедушка одного моего знакомого три месяца жаловался участковому на боли в спине, и послушно втирал мази, которые выписывал врач. Его даже на рентген не направили. А через три месяца увезли в больницу на «скорой», где поставили диагноз — рак легких 4 стадии с метастазами. Вторая история очень похожа на первую, хоть и произошла она в другой поликлинике и даже в другом регионе. Третья история произошла с бабушкой другого моего знакомого, которая, к счастью, жива и здорова. Она несколько месяцев жаловалась терапевту на сердце, и просила направить ее к кардиологу. Когда поняла, что направление ей не дадут, пошла сама. Она сидела в коридоре, в живой очереди, откуда ее и увезли на «скорой» с инфарктом. Я понимаю, что в каждой из этих историй нужно разбираться отдельно. Но складывается впечатление, что нежелание врачей направлять пожилых людей на обследования или к узким специалистам — это общая история. Существует какой-то негласный запрет? Мы их не направляем, потому что их не на что лечить?

 — Встречаются отдельные случаи, и каждый раз с ними нужно разбираться. Но вообще, когда говорят: «Чего ты хочешь, бабушка, тебе уже 80 лет! Болеть в таком возрасте — нормально!», это называется эйджизм. Если человеку нужно протезировать зубы, а ему 90 лет, то ему должны протезировать зубы. Если нужно прооперировать пациента с катарактой, его должны прооперировать, потому что у него должно быть хорошее зрение и в 80 лет, и в 85 лет.

В 2016 году в России приняли «Стратегию действий в интересах граждан пожилого возраста», где постулируется равная доступность медицинской помощи для всех возрастов. Это значит, что лечить, в том числе с использованием высокотехнологичных методов, мы можем и должны в любом возрасте.

Но иногда наши пациенты настаивают на каких-то конкретных вмешательствах. Например, говорят: «Поставьте мне капельницу!» И если капельницу им не ставят, они делают выводы, что их не хотят лечить. Хотя, на самом деле, в современной кардиологии, например, осталось очень мало лекарств, которые нужно вводить при помощи капельниц.

Понимаете, с одной стороны, эйджизм действительно присутствует. И это проблема не только медицины, это проблема всего общества. Но с другой стороны, очень часто пациенты настаивают на конкретном лечении, которое им кажется правильным, не понимая ни сути самой процедуры, ни опасности избыточных вмешательств. Здесь нужно найти баланс.

— Правильно ли я понимаю, что эйджизм, по-вашему, диагноз не всей системы здравоохранения, а отдельных врачей?

 — Министерство здравоохранения Российской Федерации создает гериатрическую службу и реализует гериатрические подходы во всех специальностях — кардиологии, терапии, хирургии — как раз для того, чтобы обеспечить адекватную современную помощь пожилым людям. Так что проблема точно не в системе.

— То, что пожилые люди любят сами ставить себе диагнозы, и, конечно, лучше знают, как их нужно лечить, думаю, ни для кого не секрет. И врачам бывает непросто с этим работать. И все же, если кажется, что врач чего-то не назначает, к кому обращаться? Куда можно прийти и сказать: «У меня проблемы с сердцем, меня не направляют к кардиологу. Помогите».

 — Когда пациент хочет одно, а врач говорит другое, может быть, стоит услышать третье мнение. Надо найти другого кардиолога и послушать его мнение.

— Насколько я понимаю, третье мнение, о котором вы говорите, это платная история — пойти к какому-то стороннему кардиологу, и получить консультацию не по ОМС?

— Конечно, ведь это право пациента. Гериатры в поликлиниках консультируют бесплатно. С 2018 года гериатрия начала финансироваться в системе ОМС. Я предлагаю в качестве третьего мнения для пожилого пациента выслушать гериатра.

— Но если гериатр считает визит к кардиологу излишним, а сам пациент уверен в обратном, куда обращаться?

 — У нас есть врач первичного звена — врач общей практики, который может лечить массу кардиологических проблем. Например, артериальную гипертонию. Скажите, для чего пациенту идти к кардиологу? Пациент скажет: а я хочу! В таком случае, когда он может обратиться в платную клинику.

Часто ситуация обратная. У нас есть бесплатная диспансеризация, которая включает массу обследований, позволяющих рано выявить болезни и факторы риска, осуществить профилактику. Однако, далеко не все наши пациенты используют эту возможность. В год в России должны проходить диспансеризацию 23 млн граждан. То есть, пациенты иногда не делают того, что нужно делать, чтобы избежать заболеваний. А когда появилась какая-то проблема, не слушают своего лечащего врача, и сразу считают, что нужно пойти к узкому специалисту.

— Кто и как сейчас работает с медиками, чтобы искоренить эйджизм прежде всего в их головах?

 — Мне хотелось бы, чтобы вы отметили: я не могу сказать, что эйджизм в нашей медицине — это какая-то массовая история. Это все-таки единичные случаи. Наше медицинское образование включает вопросы медицинской этики, деонтологии. Кроме того, гериатрия, которая начинает активно внедряться в практическое здравоохранение  позволяет лучше понять проблемы пожилых. Понять, что их можно решить, что их нужно решать. Казалось бы, человек уже старый, дряхлый, и ничего с этим не сделаешь. Да нет, можно многое сделать. Можно улучшить качество его жизни, сделать так, чтобы ему было легче выходить из дома, комфортнее общаться.

— Насколько мне известно, к 2023 году в России должно быть 2,5 тыс. врачей-гериатров. А сколько нужно? И когда мы их подготовим?

 — Пока этого достаточно. И это не такая простая задача — подготовить 2,5 тысячи гериатров. Есть два пути: четыре месяца первичной переподготовки — для педиатров, терапевтов, врачей общей практики. Или два года ординатуры. Я считаю, важно, чтобы у нас было как можно больше ординаторов, потому что ординатура — это более длительное, более основательное обучение.

— Но 2,5 тысячи, о которых идет речь, — это и те, и другие?

 — Да, пока так.

— Часто у пожилых людей не один диагноз, а несколько. Это хронические заболевания, которые нельзя вылечить. Какой должна быть медицинская помощь для таких людей? Сколько это стоит, и есть ли у нас на это деньги?

 — Чтобы помочь таким пациентам, мы как раз развиваем гериатрию: открываем гериатрические кабинеты в поликлиниках и специальные отделения в стационарах.

Гериатр в поликлинике — это врач-консультант. Когда у пациента много болезней, он определяет ведущую из них, и разрабатывает план обследования и лечения. Это позволит сократить количество диагностических и лечебных процедур, и обеспечить безопасное вмешательство. Если начать лечить разом все болезни, это только ухудшит состояние пациента.

Когда узкие специалисты — уролог, кардиолог, отоларинголог, эндокринолог — назначают каждый свое лечение, в результате мы получаем десятки вмешательств и препаратов. Гериатр приводит лечение к общему знаменателю. Расставляет приоритеты и выстраивает для пациента индивидуальный план действий.

Гериатрические отделения в больницах — это уже другой уровень. Госпитализация в эти отделения происходит, когда пациенту самому трудно ходить в поликлинику из-за проблем с походкой, со зрением, со слухом, и его проще на несколько дней госпитализировать в стационар, подробно обследовать, разработать программу действий, а в последующем организовать для такого пациента долговременную медицинскую помощь в амбулаторных условиях.

Если возникла острая ситуация, которая не требует какого-то высокотехнологичного оперативного вмешательства, пациента можно госпитализировать в гериатрическое отделение, которое будет для него более комфортным. В этих отделениях есть доступная среда, больше младшего и среднего персонала, а лечащими врачами являются гериатры, которые как раз учитывают проблемы так называемой полиморбидности или большого количества болезней у пожилых людей.

— То есть, гериатры в поликлиниках — это не терапевты для пожилых?

 — Ни в коем случае. Это консультанты.

— Пожилые люди попадают к ним по направлению?

 — Пока мы только начинаем работу, попасть на прием можно без направления, минуя участкового терапевта. Мы не создаем барьеров для записи.

— Но гериатр также может назначить лечение, направить на обследование, если видит необходимость?

 — Гериатр смотрит на пациента более комплексно, чем терапевт. Его осмотр очень подробный, учитывает не только болезни, но и то, насколько пациент сохранен, крепок, каков его биологический возраст. После осмотра врач разрабатывает индивидуальную программу действий. Да, он может назначить какое-то дополнительное лекарство, а какое-то — убрать. Да, он может назначить какое-то дополнительное исследование, а какое-то посчитать излишним. Но вообще одна из его задач — избежать полипрагмазии, то есть, множества лекарств. Гериатр видит, что лекарства, назначенные разными врачами, не сочетаются, что какое-то из них хорошо для одной болезни, но может «утяжелить» на другую. Вдумайтесь только: если пациент принимает  10 лекарств, у него будет 100% риск побочных эффектов от этого лечения. В Японии, например, врачу — гериатру доплачивают, если он обоснованно отменил лекарственный препарат.

— Вы сказали про индивидуальную карту лечения пациента, которую составляет врач-гериатр. Что с этой картой происходит дальше?

 — Ее передают лечащему врачу — участковому терапевту, который следует намеченной стратегии лечения.

— Почему гериатры не могут лечить пожилых вместо терапевтов?

— У нас просто нет столько гериатров. К 2025 году в России будет около 40 млн пожилых людей. Представляете, сколько нужно подготовить кадров, чтобы хватило на всех?

— То есть цель — создать отдельную гериатрическую службу?

— Мы не планируем готовить узких специалистов в гериатрии, как это происходит в педиатрии, где помимо самих педиатров есть детский стоматолог, детский кардиолог, детский нефролог. Пока мы просто будем увеличивать количество гериатров, и научим врачей различных специальностей основам гериатрии. Когда-нибудь не участковый терапевт будет лечащим врачом пожилого человека, а именно гериатр. Но в этом случае гериатров должно быть больше 2500.

— Сколько?

 — Один гериатр на 2 тыс. человек (к 2025 году должно быть всего 20 тыс. гериатров — «Росбалт). Это очень много. Пока реальный путь — гериатры-консультанты и подготовка врачей других специальностей, которые тоже должны знать основы работы с пожилыми.

— Население стареет не только в России. Как работают с пожилыми в других странах?

— Хорошо развита гериатрическая служба во многих странах мира, в том числе в Японии, во Франции, в Израиле, Англии, Бельгии, очень развита служба в скандинавских странах. Во Франции сейчас около 9 тыс. гериатров, но там это направление развивается больше 50 лет.

В России еще в 2005 году средняя продолжительность жизни была 65 лет, а сейчас — почти 73 года. Население быстро стареет, и гериатрия становится для нас актуальной именно сейчас.

 

Ссылка на источник: http://baba-deda.ru/news/3702

Заменят ли пожилых работников роботы? Фото ООН

Старение населения необратимо меняет рынок труда. По данным экспертов, через 10 лет средний возраст трудоспособных жителей планеты составит 41 год, причем если в прошлом году на каждого пенсионера старше 65 лет приходилось три работника, то к 2030 году их будет только двое. Это данные из нового доклада Международной организации труда (МОТ) о ситуации с занятостью. Его авторы предупреждают, что рост числа пожилых негативно скажется на пенсионных системах и общем функционировании рынка труда. Стареющим работникам будет сложнее адаптироваться к новым технологиям и структурным изменениям рабочего процесса, что чревато усугублением неравенства на рынке занятости и бедности среди пожилых. О том, насколько оправдано такое мнение, Анна Саакян поговорила с директором Института старения населения при Оксфордском университете профессором Джорджем Лисоном.

*****

ДЛ: Старение населения – факт, это действительно происходит. Его последствия касаются практически всех аспектов нашей повседневной жизни, в том числе и трудоустройства. В разных странах мира эти последствия проявляются по-разному, но так или иначе проявляются везде. Вопрос, который принято задавать в данном контексте, это то, как пожилые люди будут приспосабливаться к новым рынкам труда. Однако не менее важно также спрашивать, как новые рынки труда будут приспосабливаться к наплыву пожилых работников, поскольку тут речь идет не просто о старении населения, но о старении занятого населения.

АС: Значит ли это, что увеличивается средний возраст работающих? В таком случае, каковы будут последствия для пенсионной системы?

ДЛ: Если рассматривать пенсионную систему как механизм финансового обеспечения человеком своей жизни на ее поздних этапах, то я не считаю, что старение населения угрожает системе как таковой. Просто мы должны понимать, что старение населения подразумевает не только большее количество пожилых людей, но и меньшее количество молодых. Сегодня люди живут дольше и дольше имеют возможность вести относительно здоровый образ жизни. Исследование GLAS (Global Ageing Survey), которые мы провели здесь в Оксфордском Институте Старения Населения показало, что практически во всех странах пожилые работники готовы делать больше, чем от них ожидается. Поэтому, с одной стороны, мы должны пересмотреть свои взгляды на то, когда следует выходить на пенсию, а с другой стороны, государства должны задуматься о реформации самой структуры пенсионной системы.

АС: Вы говорите, что у пожилых людей сегодня повысилась не только продолжительность жизни, но и ее качество. При этом авторы нового доклада МОТ всерьез обеспокоены проблемой бедности среди пожилых. Как Вы считаете, как это предотвратить, и насколько эффективным в этом вопросе будет стимулирование трудоустройства среди пожилых?

ДЛ: Пенсионные системы  в разных странах функционируют по-разному. В бедных странах для многих выход на пенсию – роскошь. Иначе говоря, они вынуждены продолжать работать. В богатых странах зачастую даже при желании пожилого работника продолжать работать инфраструктура рынка труда оставляет его за бортом. Вот это необходимо изменить, поскольку в свете общемирового старения населения рынок труда будущего будет нуждаться в пожилых работниках. Важно учитывать как желания, так и возможности пожилых людей.

АС: А как повлияет на их возможности внедрение в рабочий процесс новых технологий и искусственного интеллекта?

ДЛ: Почему-то принято считать, что от внедрения искусственного интеллекта в рабочую среду в первую очередь пострадают пожилые работники. Смотрите, интеллект бывает двух видов – подвижный и кристаллизовавшийся. Подвижный интеллект отвечает за такие задачи, как решение новых проблем, использование логики, распознавание шаблонов. В этом обычно преуспевают молодые люди. Кристаллизовавшийся интеллект, с другой стороны, отвечает за способность использовать уже накопленные знания и опыт. Это более характерно для старших поколений. Поскольку искусственный интеллект способен имитировать лишь подвижную модель интеллекта, в ближайшем будущем старшее поколение с его кристаллизовавшимся интеллектом окажется в очень интересной ситуации.

 

Ссылка на источник: http://www.unmultimedia.org/radio/russian/archives/262800/#.WnFltmnFLIV

gettyimages-672152941Минтруд спрогнозировал рост численности работающих пенсионеров

Доля людей, продолжающих работать после наступления пенсионного возраста, по расчетам Минтруда РФ, вырастет к 2020 году с 7,6 до 8,2% от числа всех работающих. Однако эксперты констатируют постоянное снижение численности занятых пенсионеров, а по официальной статистике, только 9% неработающих стариков хотели бы заняться посильным трудом.

Пенсионеры еще поработают

Правительство разрабатывает план включения в экономику людей старшего поколения

Из «Прогноза баланса трудовых ресурсов на 2018–2020 годы» Минтруда РФ следует, что к 2020 году численность населения трудоспособного возраста снизится до 71,7 млн человек (в сентябре 2017-го она составляла 72 млн человек). Одновременно с этим вырастет доля людей старше и младше трудоспособного возраста. По расчетам ведомства, негативные для рынка труда демографические тенденции будут смягчены увеличением численности работающих лиц старше пенсионного возраста. Их удельный вес в составе трудовых ресурсов возрастет с 7,6% в 2016 году до 8,2% в 2020-м.

В прогнозе указано, что спрос на рабочую силу в прошлом году увеличивался. За январь–сентябрь 2017 года количество вакансий, заявленных работодателями в службы занятости, превысило уровень 2016 года на 18%. Но это не привело к повышению занятости пенсионеров, следует из данных Минтруда. С января по октябрь 2017 года численность пенсионеров выросла с 43,2 млн только до 43,4 млн человек. При этом доля работающих среди них, наоборот, снизилась с 22,9 до 20%.

Проректор Академии труда и социальных отношений Александр Сафонов рассказал «Известиям», что количество работающих старше пенсионного возраста снижается с 2010 года.

— Я не могу разделить оптимизма Минтруда. Количество ликвидированных рабочих мест в последние годы превышает количество вновь созданных. И прогноз Минэкономразвития (темп роста ВВП до 2% в 2018 году) не гарантирует, что в стране возникнут дополнительные рабочие места, — сказал эксперт.

Он подчеркнул, что в России сохраняется ситуация, когда пожилые работники подвергаются дискриминации. Несмотря на законодательные запреты, многие компании стараются избавиться от них. И большинство оптимизационных процедур проходит в основном за счет пенсионеров.

— Бюджетный сектор рынка труда — единственный, где сохраняются более или менее благоприятные условия для занятости людей старших возрастов, — сказал Александр Сафонов.

Он отметил, что в ходе социологического исследования, проведенного Академией труда и социальных отношений в 2017 году, выяснилось, что большинство пенсионеров не готовы работать. Основные причины заключались в плохом состоянии здоровья, отсутствии рабочих мест. Часто пожилые люди говорили об усталости от работы и о необходимости ухаживать за членами семьи.

По данным выборочного наблюдения содействия занятости населения, проведенного Росстатом в 2017 году, хотели бы иметь посильную работу, приносящую дополнительный доход, только 9,3% неработающих пенсионеров. 34% респондентов сказали, что не хотят работать. А абсолютное большинство заявили, что работать не могут (более 56%).

— У людей, вышедших на пенсию, меняется жизненная стратегия, да и состояние здоровья с возрастом не улучшается. Поэтому они очень редко меняют свое решение и вновь выходят на работу, — сказал директор Научно-исследовательского финансового института Минфина России Владимир Назаров.

Он подчеркнул, что рассчитывать на поддержание рынка труда можно в основном за счет людей, которые сейчас находятся в предпенсионном возрасте. Но на желании пожилых людей продолжать работать может отразиться тот факт, что работающим пенсионерам не индексируют пенсию.

— В какой-то момент это может стать причиной прекращения трудовой деятельности и ухода на пенсию. Но пока это касается категорий населения, у которых пенсия очень близка к прожиточному минимуму, — сказал Владимир Назаров.

Исполнительный директор Союза пенсионеров России Николай Чеботарев рассказал «Известиям», что пожилым людям сложно прожить только на одну пенсию, тем более что многим приходится помогать своим детям и внукам. Тем не менее многих пугает отмена индексации пенсии, и они отказываются от подработки.

Работающие пенсионеры получают страховую пенсию без учета проводимых индексаций с 2016 года, напомнили в Пенсионном фонде России. На протяжении двух лет возобновление индексации пенсии и начало ее выплаты в полном размере происходило спустя три месяца с даты увольнения. В 2018 году эта процедура тоже занимает три месяца, но они будут пенсионеру компенсированы.

Ссылка на источник: https://iz.ru/697345/nataliia-berishvili/rynok-truda-mogut-podderzhat-stariki

В рамках спецпроекта «Третий возраст» T&P публикуют текст лекции клинического психолога Ильи Плужникова о старении личности с точки зрения нейропсихологии — науки, которая с помощью анализа работы мозга объясняет, что происходит с личностью, какие стили старения бывают и почему с пожилыми людьми лучше говорить низким голосом.

Что есть человек стареющий, а что — развивающийся? В лекции я сделаю акцент не на биохимических и морфологических аспектах, а именно на личности — на процессе индивидуального развития человека, потому что он никогда не останавливается. Не нужно думать, что после подросткового возраста человек выходит на плато, как называют ученые «акме», высшую точку развития, а после этого деградирует. Старение не есть деградация. Это процесс продолжения развития, очень своеобразный.

Нормальное старение, согласно нашей психологической школе, — это процесс непрерывного, поступательного, неравномерного, комплексного нарастания разных ограничений. Есть чисто физиологические: снижается слух, возникают специфические формы болезней, которые фактически болезнями не являются, а есть нормальные симптомы старения, связанные с движениями, мускулатурой, сенсорными системами, психологией и так далее, и, конечно, возникают социальные ограничения, которые в индивидуальном сознании стареющего человека преломляются и превращаются в экзистенциальные. Неравномерность процесса и рождает индивидуальные различия. Современные методы научного исследования, склонные к статистической обработке и количественному анализу данных, к несчастью, не помогают вскрыть суть механизмов, которые лежат за ним, потому что старение крайне индивидуально.

Почему? Если говорить довольно грубо, то вот ребенок. Как только он рождается, то сразу попадает в социум, где за ним ухаживают, но природа устроена так, что в генетику нового человека закладывается некая программа, которая дает ему минимальный диапазон, чтобы он выжил. Поэтому ранний онтогенез, то есть ранние индивидуальные различия от рождения до дошкольного возраста, достаточно запрограммированы. Мы знаем нормативы: когда ребенок должен уметь держать головку, сказать первое слово, какого рода должны быть эти слова, когда у него должна появиться фразовая речь, когда он должен начать ходить, ползать и так далее. Если есть отклонения в нормативах, мы говорим, что это ненормально, патологично, с этим нужно что-то делать — коррекция должна быть медицинская, потому что эти программы биологические. Во взрослом возрасте развитие уже более направленное, социальное: человек проявляет собственную активность и так далее. Он доходит до третьего возраста, то есть до возраста старения, с уже очень серьезным багажом — знаний, опыта, переживаний, психотравм, воззрений, смыслов, ценностей. Весь этот колоссальный багаж, конечно, очень сильно зашумляет естественную биологическую программу. Поэтому старение индивидуально именно в силу индивидуального опыта. Таким образом, у нас не очень хорошо получается находить биологические причины естественно-научными методами. Поэтому все данные по индивидуальным различиям, которые я приведу, клинические. То есть собранные не на больных, а путем длительного, многолетнего наблюдения — в том числе нашей кафедрой и мной.

Тем не менее можно выделить индивидуальные различия, которые мы называем стилем, вариантом или типом, то есть выделить некую типологию нормального старения исходя из того, как работает головной мозг. В 30–50-е годы крупный советский исследователь психолог Александр Романович Лурия открыл миру науку, которую он назвал нейропсихологией. Она родилась в Советском Союзе и принимается во всем мире. Действительно, это наше достижение, одно из немногих, которое точно наше. Лурия изучает больных с локальными поражениями головного мозга, предъявляя различного рода тесты, показывает, что при поражении определенных структур возникают определенные же симптомы нарушений высших психических функций, таких как память, мышление, внимание, речь и так далее. Он сделал вывод, что если дать больному определенный тест, который продемонстрирует определенные нарушения психических функций, то эти зоны и отвечают за реализацию этих психических функций.

А. Р. Лурия
В 70–80-е годы ученица Александра Романовича Лурии Наталья Константиновна Корсакова начинает работать в Научном центре психического здоровья, где ей предлагают использовать методы, разработанные Лурией для диагностики болезни Альцгеймера, чтобы понять, как именно поражается головной мозг. И действительно, предъявляя эти тесты, луриевские методы, которые были разработаны для людей с опухолями головного мозга, она показывает, что у пациентов с болезнью Альцгеймера возникают очень похожие симптомы, схожие еще и с теми, которые возникают у пациентов с опухолями теменных, лобных долей, височных, подкорковых структур головного мозга. Корсакова делает вывод, что при болезни Альцгеймера и других формах старческого слабоумия, тяжелых психических расстройствах старческого возраста наблюдаются специфические когнитивные нарушения. Это значит, что этот патологический процесс, не опухолевый, а атрофический, распространяется в каждом отдельном случае при разном заболевании на определенные зоны мозга. Так рождается наука нейрогеронтопсихология. Ученым стало интересно, что происходит в пожилом возрасте в норме. Изучив более 300 здоровых людей от 50 до 100 лет, которые никогда не обращались по поводу психического здоровья и с неврологическими проблемами к врачам, Корсакова выделяет различные нейрокогнитивные стили, типологию нормального старения. Она показывает, как стареем мы и наша психика в связи с работой головного мозга. Эти данные косвенно подтверждаются западными исследованиями с использованием нейровизуализации, функционального томографа, позитронно-эмиссионной томографии и так далее.
Нормальное старение характеризуется определенными параметрами, основной из которых — индивидуальность. Это не только нарастание ограничений, но и, самое главное, актуализация компенсаторных стратегий — стратегий совладания с ограничениями, которые возникли. Они могут быть осознанными: «Ну, понимаю, что уже пора записочки писать, уже не помню», — или бессознательными. Психика меняется качественно. Считается, что при старении снижается память, но важно то, что в норме происходит качественное изменение памяти, меняется вектор ее работы. Не стремление к запоминанию, усвоению нового, как у молодого человека, ребенка или взрослого, а вектор назад — к воспоминанию, к более глубокому обращению к опыту, к анализу его глубоких пластов. Для чего? Для реализации главной задачи развития — передачи смыслов. Социально-психологические исследования показали, что молодые учителя обучают детей иначе, чем пожилые. Не потому, что у них больше опыта, не потому, что они приводят больше примеров, а потому что они транслируют ценности, смыслы и выполняют тем самым основную задачу развития в позднем возрасте. Не прием, а именно передача. Не значений, а ценностно-ориентированных вещей.
Что такое старение феноменологически?

Во-первых, конечно, это замедление темпов деятельности. Латентность нарастает, люди в третьем возрасте начинают работать медленнее. Особенно эта замедленность становится очевидна на начальном этапе деятельности. Особенно трудно становится быстро извлекать информацию, связывать ее. Нужно уметь договариваться со своей памятью после 55 лет, чтобы она выдавала то, что нужно.

Во-вторых, человек начинает работать как одноканальная система. Если он читает газету, то телевизор уже не слышит и не думает о вещах, не связанных с этой газетой.

Что касается речевой сферы, то говорить пожилому человеку нужно не только медленно, но и низким голосом. Не обязательно громко, хотя возрастная тугоухость тоже может иметь место, но бархатный баритон или даже бас будет усвоен лучше, чем тенор и фальцет. Это чисто сенсорная вещь, доказанная научно.

В-четвертых, темповые характеристики. Речевая информация может усваиваться медленнее, чем не речевая. Происходит некий дисбаланс, обкрадывание правого полушария в пользу левого. Левое полушарие начинает работать более напряженно за счет того, что оно может терять какие-то правополушарные функции. Но тем не менее не всегда и достаточно фрагментарно, поэтому, например, музыка усваивается хорошо, а прослушивание песен молодости актуализирует глубинные пласты воспоминаний.

Тактильная сфера оживает буквально, поэтому люди так любят перебирать вещи, вытирать пыль, поэтому пожилым лучше дарить фактурные подарки, текстурированные — это тоже актуализирует пороги пластов памяти.

О памяти. Доступ к непосредственным воспоминаниям, что произошло сейчас, становится более закрытым. Открывается доступ к ранним воспоминаниям молодости, юности и даже детства. Они становятся более яркими, отчетливыми. Следы памяти не стираются: мы помним все, просто у нас не всегда открыт к этому доступ.

И наконец, это снижение способности к обучению новому и трудности с постановкой креативных задач. Не потому, что человек становится слабоумным, а потому что недостаточно энергии, чтобы поддерживать творческий процесс, который, как вы знаете из всех метафор, должен фонтанировать.

Типы нормального старения
Эта типология основана на концепции Александра Романовича Лурии о структурах функциональных блоков мозга. На основании своих многочисленных исследований он разделил мозг на три блока не по морфологическому строению, а по тем ролям, которые структуры головного мозга играют для реализации высших психических функций.
Энергетический нейрокогнитивный стиль старения

Самый распространенный, универсальный. Связан со снижением функций энергетического обеспечения психической активности: люди становятся медленнее, у них наблюдается феномен «on-off» — «включение-выключение». То есть человек начинает читать книгу, трудно, не пошло, закрывает, идет на кухню и помогает жене готовить борщ, то есть активируется. Эти колебания могут наблюдаться достаточно мягко, они не должны нарушать адаптацию. При сосудистых поражениях головного мозга этот эффект может ее нарушать. То есть человек может не справляться с заданием в состоянии «off», а в состоянии «on» может становиться слишком возбужденным. То плачет, то смеется. Бывают такие клинические примеры.

Кроме того, это сужение объема активности, одноканальность системы восприятия, тормозимость следов памяти и утомляемость — неспецифические характеристики старения, не факторы риска. Самое главное, что хорошо работает кора головного мозга. То есть человек может придумать сам, извлечь из прошлого опыта, спланировать, например, что дойти в поликлинику у него займет такое время, а чтобы навестить внуков, нужны вот такие операции; он может распланировать день специфическим образом. Тормозимость, недоступность воспоминаний, которые нужны прямо сейчас, значат, что нужно записывать, и человек все это понимает. Фактор риска, который может привести человека к дезадаптации, — это, конечно, стресс. Поскольку подкорковые структуры — это эмоции, стрессорезистентность, то способов регуляции своих эмоций становится недостаточно. То есть здесь могут выступать эмоциональные проблемы.

Это и обострение телесных недугов. Самый злокачественный, который действительно выбивает человека из колеи и вводит его в состояние дезадаптации, тревоги, депрессии, — это шейка бедра. Такому человеку нужно особое внимание; возможно, профессиональная психологическая поддержка. Я не говорю про катаракту и другие чисто возрастные вещи — они, конечно, тоже требуют особого внимания.

Пространственный нейрокогнитивный стиль старения

Второй тип — это снижение способности к ориентации в реальном и внутреннем пространстве. Уже специфический тип старения, при котором становится очень сложно целостно воспринимать различные вещи. Прочесть даже короткий рассказ и понять, в чем суть, может уже стать проблемой. Нужно сначала прочитать один абзац, осмыслить его, запомнить, сделать передышку, потом второй и так далее. Технически можно прочитать рассказ, человек не истощится, но он его не поймет. А самое главное — это «дизадаптация» в новом пространстве. Обратите внимание, это не орфографическая ошибка. То есть человек не потерялся совсем, а ему сложно в новом пространстве, он начинает хвататься за правую руку, думая: «Правая рука — значит, мне нужно идти направо». У них есть маркер, который действительно запрограммирован: «Я правой рукой пишу», — значит, нужно ориентироваться направо. Они очень долго могут плутать, но не в смысле, что они действительно потерялись, а потому что у них в новом пространстве возникают такого рода трудности. В старом знакомом пространстве все может быть вполне благополучно.

То есть факторы риска здесь — это изменение среды обитания, например эмиграция. У наших коллег, русских психологов за границей, одно время выходили статьи в журналах, посвященные русским эмигрантам во Франции, США. Они описывают эти феномены очень масштабно, также в связи и с лингвистической стороной. Например, феномен «патологической ностальгии»: женщина-эмигрантка считала, что находится в своей московской квартире, видела людей из той жизни. Это были не галлюцинации из-за психического заболевания, а временное состояние, стресс, культурный шок. Это связано с правым полушарием.

Важно здесь понять, что такого рода вещи очень могут быть похожи на болезнь Альцгеймера, но их нужно различать. Вот статистика. Шизофрения — 1%, а вот 10% — это болезнь Альцгеймера, где 4% — это ранний Альцгеймер. У нас в клинике это все женщины 40 лет. Я помню последний случай: 40 лет, медсестра и по-настоящему серьезные симптомы, связанные с глубокими нарушениями памяти. Если хотите понять, что это такое, посмотрите поразительный фильм «Все еще Элис» про ранний Альцгеймер. С максимальной достоверностью показано то, что происходит с человеком, с глубоким психологизмом, проникновением в суть этого болезненного состояния. После 55–60 лет — это уже классический Альцгеймер, а поздний называется сенильным (лат. «старческий»). Ученые говорят, что это генетически запрограммировано. К несчастью, нет никаких методов выявить риск возникновения этой болезни у человека до того, как болезнь возникла. Генетическая констелляция приводит к дисбалансу ацетилхолина и других нейропептидов, что приводит к формированию клеток Альцгеймера, то есть атрофии нервных клеток в определенных отделах, что приводит к тому, что эти клетки не работают и мозг функционирует плохо.
Болезнь Альцгеймера не лечится: все препараты, которые назначаются, носят симптоматический характер и сильно не улучшают состояние психических функций. И уж тем более, к несчастью, не предотвращают дальнейшее злокачественное развитие (после начала заболевания человек живет не больше 10 лет). Это грубая истощаемость, то есть человек не может активно работать в течение 45 минут, грубые нарушения памяти, невозможность запомнить материал, нарушение ориентации в пространстве, спутанность сознания, то есть человек может не понимать, где он находится, на улице или дома. Вы могли когда-то наблюдать на улице дедушку в тапочках с абсолютно растерянным выражением лица, который иногда кричит, пытается позвать на помощь. Конечно, это еще не повод ставить ему диагноз «болезнь Альцгеймера», но это патологическое состояние, которое очень часто ее сопровождает. На первый план выходят пространственные нарушения, то есть люди не могут запомнить, где находится туалет, где кухня. Но стоит отметить, что их фасад личности сохраняется, они переживают это состояние, они критичны к нему. Наверное, вся трагичность и заключается в том, что они понимают, что теряют то, что составляет их личность. Потому что, согласно одному из основателей отечественной психологии, Сергею Леонидовичу Рубинштейну, одна из центральных функций памяти — это структурирование личности. Если память распадается, распадается весь наш опыт, опыт общения с нашей личностью, то есть личность уходит.
Регуляторный нейрокогнитивный стиль старения

Это еще не патология, но уже по-настоящему рисковый вариант, когда в первую очередь стареют передние отделы больших полушарий. Здесь происходит снижение самоконтроля. Это самый центральный симптом, поскольку задействованы лобные доли. Лурия называет третий функциональный блок мозга блоком программирования, регуляции и контроля психической деятельности, поэтому здесь регуляция и контроль страдают прежде всего. Когда они немножко ослабевают, это еще норма — то, что мы в обыденной жизни называем «седина в бороду, бес в ребро»: человеку 60 с лишним, а он считает, что он как молодой может выполнять свою работу, вести себя как молодой, одеваться в рваные джинсы, ходить с плеером, говорить: «Я Диму Билана слушаю, не буду же я Шульженко с Утесовым слушать, я еще не такой старый». Может быть и сексуализация поведения.

В деятельности могут быть проблемы с выстраиванием планов, застревание на каких-то моментах, негибкость. Апатичность, нарушение и снижение мотивации, которая еще должна сохраняться. В том числе мотивация к передаче смыслового ценностного опыта другим поколениям: «Ну, что я буду внуку звонить, я ему не нужен. Что я его буду доставать». Переживание неуспеха, одиночество, изменение условий жизни — все это может быть фактором риска. Могут последовать эмоциональные, брутальные реакции. На фоне стресса пожилой человек может думать: «А что это, сын приходил, он украл мой паспорт. Я не могу найти паспорт, потому что он приходил, он что-то хочет со мной сделать». То есть бредовые идеи возникают, но на фоне какого-то стресса.

Крайним случаем, патологическим прототипом здесь является болезнь Пика — тоже такое классическое заболевание, полюс болезни Альцгеймера. Если там фасад личности сохраняется, а человек осознает и страдает от нарастающих когнитивных нарушений, то при болезни Пика (или, как сейчас принято говорить по новомодной психиатрической классификации, при лобно-височной деменции) дисфункциональны передние отделы коры больших полушарий головного мозга. Такие больные эмоционально притуплены, пассивны, безразличны, бездеятельны, лежат, ничего не делают. Они обеднены в моторике, письме, чтении, счете и не критичны к тому, что происходит, а происходит у них эйфория, они благодушны, могут смеяться.

В то же время они абсолютно бездеятельны, пусты, утрачиваются морально-этические установки. Могут быть стереотипии, персеверации, то есть навязчивые действия, и грубые когнитивные нарушения, то есть нарушения речи, грамматического строя, обеднение речевой продукции, нежелание говорить, выстраивать развернутое высказывание и так далее. В первую очередь и в начале появляется вот эта эмоционально-личностная дисфункция, на поздней стадии присоединяются уже какие-то когнитивные нарушения. Вот это уже дезадаптация.
Что предотвращает патологическое старение?

Люди, которые занимались интеллектуальным трудом на протяжении жизни, болеют деменциями позднего возраста меньше. Отдельно разработаны технологии гимнастики для мозга, то есть если уже возникают какие-то ограничения в когнитивной сфере, то можно обратиться к психологам, которые разработают индивидуальную программу тренировки. Конечно, я знаю стариков, которые учат стихи сами. Это как отдельная деятельность: встали, позавтракали, погуляли с собакой, потом пару часов на выучивание нового стихотворения, позвонили приятелю в Подмосковье, прочитали наизусть, поиграли в шахматы по телефону, что тоже хорошо, можно посмотреть, как соотносятся е2-е4, потом можно снова поесть, потом снова с собакой погулять. То есть это распланированная деятельность, где есть когнитивный и интеллектуальный компонент для поддержания тонуса. Тонус поддерживается таким образом — через интеллектуальную деятельность.

У людей, которые постоянно поддерживали физическую активность, снижается риск возникновения деменций позднего возраста вследствие того, что метаболизм лучше работает, а значит, атеросклеротические бляшки не формируются, сахар нормализуется и так далее. То есть вещи, связанные чисто с сосудами, уже не вносят патологического вклада.

Режим. Показано, что люди, употребляющие алкоголь, чаще болеют деменциями позднего возраста. Полезна так называемая средиземноморская диета: белки, морепродукты, фосфор, свежие овощи. Те, у кого четкий режим сна и бодрствования, болеют меньше.

А дальше — чистая психология. Люди, которые испытывали психотравмы и с этими психотравмами не обращались к специалисту, не изживали их, страдают чаще. Люди, которые испытывали много, но мини-стрессов, то есть у которых была активная деятельность, которые жили в постоянном стрессе, меньше болеют болезнью Альцгеймера и другими деменциями.

Люди рефлексивные (которые рефлексируют присущий им нейрокогнитивный стиль) могут использовать это. Как в примере с борщом. Если у него пространственный вариант, но он хорошо помнит, какие ингредиенты нужно класть. А у нее первый вариант, она этого не помнит, но у нее лобные доли сохранны, то есть она помнит порядок действий: сначала надо пассировать, потом выложить и так далее. И вот они вместе готовят борщ, потому что понимают, что приготовить его не вместе невозможно. То есть они по-настоящему вносят свежесть в свои отношения, потому что они выходят на новый уровень. У них формируется совместная деятельность, которой не было.

И наконец, возможность реализации задач развития. Конечно, вы прекрасно понимаете: счастливы те старики, у которых есть внуки. Одиночество рождает все эти формы дезадаптации. Даже если перед нами одинокий представитель третьего возраста, но у него есть все это (то есть он был интеллектуально активен, он рефлексирует, что с ним происходит), то он сможет найти стратегии компенсации за счет чисто социальных вещей вроде клубов или социальных программ.

Источник:https://special.theoryandpractice.ru/oldness-3

Директор по вопросам образования канадского Общества Альцгеймера Мэри Шульц (Mary Schulz) даёт советы, как надолго сохранить свой мозг в тонусе.

Наш мозг имеет свойство меняться со временем, однако не стоит думать, что чем старше вы становитесь, тем ниже ваша умственная активность. Недавно проведённые исследования доказали, что есть довольно много способов надолго сохранить ум острым и незамутнённым.

Деменция — заболевание, связанное с нарушением памяти. Характерными симптомами являются снижение умственной активности, забывчивость и трудности в приобретении новых навыков.

Исследования находят всё больше подтверждений, что соблюдение определённых ритуалов может значительно снизить риск возникновения и развития болезни Альцгеймера или любой другой формы деменции.

До того, как учёные обнаружили доказательства, люди были уверены, что они беспомощны перед лицом болезни, утверждает Мэри Шульц, директор по вопросам образования Общества Альцгеймера в Канаде.

Как сохранить здоровье мозга
Она же называет пять изменений, которые нужно внедрить в привычный образ жизни, чтобы улучшить состояние мозга и снизить риск возникновения болезни. Они во многом будут полезны и для людей, которые уже страдают деменцией, так как помогут приостановить развитие заболевания. Ниже мы подробнее рассмотрим эти пять профилактических мер.

1. Бросьте вызов самому себе

Выучите новый язык, освойте наконец шахматы или даже возьмите парочку уроков игры на фортепиано. Стимулирование умственной активности оживляет и поддерживает работу мозга.

Когда мы учимся чему-то новому, это всегда своего рода потрясение для нашего мозга. Он просыпается, активизируется и возбуждается. Приобретая новый опыт, вы учите мозг приспосабливаться к меняющимся обстоятельствам, быть гибким, поскольку требуете от него того, чем он заниматься не привык.

Мэри Шульц, директор по вопросам образования Общества Альцгеймера в Канаде

Шульц не единственная, кто уверен в необходимости нового хобби. Например, иностранные языки — очень полезное увлечение. Выяснилось, что способность говорить на двух языках помогла задержать начало целых трёх типов деменции: сосудистой, лобно-височной и смешанной. Кроме того, доподлинно известно, что у людей-билингвов слабоумие диагностировали на 4,5 года позже, чем у тех, кто разговаривал только на одном языке.

Когда вы бросаете себе вызов, обязательно удостоверьтесь, что сможете с ним справиться. Если вы ненавидите судоку, то не берите на себя обязательства разгадывать по 10 кроссвордов ежедневно. Всё хорошо в меру, а к выбору хоббистоит подойти с умом.

2. Будьте социально активны

Тесный контакт с семьёй, друзьями и коллегами — хороший способ уберечь мозг от раннего старения. Вы можете больше времени проводить со своими родственниками, присоединиться к дискуссионному клубу или просто регулярно ходить в кино с друзьями.

Было установлено, что слаженный комплекс физических, умственных и социальных упражнений помог большому количеству людей приостановить наступление деменции. Шульц уверена, что во время тесного общения с другими людьми нейроны в мозге активизируются и это положительно сказывается на его работе.

Поддержание дружеских и родственных отношений крайне важно для сохранения вашего психического здоровья. По словам Шульц, пока научно не доказано, вызывает ли депрессия деменцию, или, наоборот, деменция начинает развиваться из-за слишком долгого нахождения в одиночестве. Так или иначе, два этих заболевания идут рука об руку, зачастую оставляя болеющих наедине со своей проблемой. Одиночество так же губительно для старого человека, как и плохое физическое здоровье. Из-за него риск преждевременной смерти может увеличиться на 14%.

3. Соблюдайте здоровую диету

Соблюдение сбалансированной диеты не только поможет контролировать ваш вес, но и позволит предотвратить многие болезни сердца. К тому же пища, которую вы едите, питает и ваш мозг.

Мозг ответственен за то, чтобы сердце и все остальные органы делали работу, для которой они предназначаются. Именно поэтому нужно стараться есть продукты, полезные для поддержания мозговой активности.

Чем же нужно питаться? Обращайте внимание на «цветные» продукты. В них содержится повышенное количество антиоксидантов, которые ответственны за замедление процесса старения.

  • Синие и фиолетовые фрукты и овощи (чёрная смородина, черника, баклажаны, сливы, краснокочанная капуста) содержат пигмент антоциан, благодаря которому становится легче справляться со стрессом. Употребление овощей и фруктов этих цветов также способствует улучшению зрения и укреплению иммунной системы.
  • Зелёные овощи и фрукты (брокколи, авокадо, шпинат, груши, листовая зелень, яблоки, киви) благотворно влияют на мозговую деятельность, нормализуют работу нервной и сердечно-сосудистой систем.
  • Стоит обратить внимание и на красные фрукты и овощи (свёклу, малину, перец, редис, помидоры, гранат). Они способствуют укреплению иммунитета, улучшают усвоение пищи и повышают жизненный тонус.

Кроме разноцветных продуктов, стоит включить в свой рацион побольше рыбы с высоким содержанием жирных кислот омега-3. Их нехватка может привести к раннему старению мозга и снижению умственной активности. Больше всего жирных кислот омега-3 содержится в тунце, лососе и сельди.

4. Будьте физически активны

Никто не требует, чтобы вы бегали марафоны, однако хотя бы минимальная физическая активность просто необходима. Регулярные занятия спортом имеют большое значение для поддержания мозга в тонусе.

Ваш сердечный ритм во время занятий увеличивается, интенсивность кровотока возрастает, в мозг активно поступают питательные вещества, его клетки обогащаются кислородом. Таким образом, риск развития инсульта значительно снижается.

Вам не обязательно даже покупать абонемент в спортзал. Вместо этого можно применять альтернативные методы стимулирования физической активности: ходить за продуктами пешком, а не ездить на машине, подниматься домой по лестнице, а не на лифте, выходить за две остановки до нужной вам.

Наш мозг — это точно такая же мышца, как и наше сердце, и им обоим необходимы регулярные тренировки для того, чтобы оставаться в хорошей форме.

5. Снизьте свой уровень стресса

Есть объяснение тому, почему книжки-раскраски и пазлы так привлекают взрослых людей. Они отлично способствуют снятию стресса, и исследования доказали, что взрослым занятия такого рода могут быть крайне полезны, чтобы расслабиться и дать мозгу передышку.

Хронический стресс отрицательно влияет на настроение и режим сна, из-за него повышается кровяное давление и уровень кортизола. Это выматывает организм и может привести к возникновению депрессии.

Постоянное напряжение может спровоцировать химический дисбаланс, который опасен для мозга и других клеток организма. Одним из самых действенных способов предотвратить стресс является медитация.

Даже если вы молоды, полны сил и проблемы старческого слабоумия вас пока не очень волнуют, всё равно советуем соблюдать эти пять простых рекомендаций. Вот что вам нужно, чтобы мозг оставался здоровым: занятия спортом, регулярное общение, здоровое питание, поменьше стрессов и наличие какого-то полезного хобби.

Случайное фото

IMG_8742 IMG_9856 IMG_9892 MG_9873 img_0234 img_0289 img_0627 vena_2012_1-16 img_7444 img_7785

Translate

NGO.RU - Каталог общественных ресурсов Рунета