Бизнес на стариках (Борис Грозовский о том, готов ли российский бизнес зарабатывать на стариках)

Нет-нет, это не про пенсионную систему. Не о том, как обеспечить себя или всех будущих стариков страны. Речь, наоборот, о том, что происходит дальше с деньгами, которые у пенсионеров уже есть.

Мы привыкли, что пенсионеры — небогатая, довольно пассивная и вообще не слишком «интересная» бизнесу часть потребителей. Основные траты: услуги ЖКХ, продукты «где подешевле» и «какие подешевле», ну и лекарства. Еще пенсионерами традиционно очень интересуются банки — несмотряна малые доходы, они каким-то образом умудряются иметь немалые (в отношении к текущимпоступлениям) сбережения: очень профессионально экономят.

«Новое поколение обладает качественно другим опытом взрослой жизни. Это поколение гораздо успешнее «вписалось» в рыночную экономику, чем предыдущее, оно вступает в пенсионный возрастсо значительно бОльшими сбережениями»
Но в ближайшее время ситуация довольно резко изменится. Это произойдет с выходом на пенсиюлюдей, чья взрослость пришлась не на 60–70-е, а на 80–90-е годы XX века.

Новое поколение (рожденные в 1950–60-х гг.) обладает качественно другим опытом взрослой жизни. Это поколение гораздо успешнее «вписалось» в рыночную экономику, чем предыдущее (1930–40-х г. р.), оно вступает в пенсионный возраст со значительно бОльшими сбережениями. Наконец, в последние 20 лет «новые пенсионеры» путешествовали, бывали за границей, часть из нихпрекрасно освоила новые товары, услуги и практики (бывала в фитнес-клубах, салонах красоты, пользовалась услугами риэлторов, бронировала гостиницы в интернете и т.д.).

А теперь, внимание, вопрос! Государство и бизнес хоть в какой-то степени к этому готовы? Нет, практически в нулевой. В прогнозах и планах, стратегиях и сценариях это обстоятельство почтине учитывается. Оглянемся окрест. Выпадение поколения, выходящего на пенсию, из поля внимания бизнесменов, прогнозистов и даже маркетологов, не является нашим феноменом. В США выходитна пенсию поколение беби-бумеров (1946–64 г. р.). Это, напоминают в недавнем докладе Бет Брэдии Питер Хаббел из маркетинговой компании Nielsen,—поколение «Колы» и джинсов Levi’s.Люди с большим потребительским опытом — даже «лучшим за всю историю американского бизнеса». Поколение, на привязанностях, предпочтениях и симпатиях которого сделаны многие бренды, окружающие нас сегодня.

И что же? Как только очередная когорта переваливает за 50, маркетологи тут же о ней забывают, сосредоточивая свое внимание и планы на тех, кому 18–49. По инерции только молодые и взрослыекажутся потенциально привлекательной для бизнеса аудиторией, а пожилые — нет. Это большаяошибка, особенно очевидная на фоне демографических прогнозов. В США за ближайшие 20 летпоколение 18–49-летних вырастет на 12%. А тех, кому за 50, станет больше на 34%.

Россия тоже быстро стареет. Сегодня на «нетрудоспособные возраста» (женщины старше55 и мужчины старше 60 лет) приходится 20% населения страны. В 2050 году, по прогнозу ООН, 31% населения России будет старше 60 лет. Начиная с 2007 года (демографическая структура у нас была искажена войной) быстро растет число самых молодых и экономически активных пенсионеров. Наконец, быстро растет и доля работников старших возрастов (старше 45, но ниже пенсионного возраста). В 1995 году они составляли 23% лиц трудоспособного возраста, а сейчас — больше 30%.И главное, сегодняшние и завтрашние 60-летние совсем не похожи на 60-летних 20–30-летней давности, говорится в пояснениях к «Европейской демографической таблице». Они здоровее,богаче, а ожидаемая продолжительность их жизни значительно выше. Да, в Японии, Европе и СШАочень быстро растет доля людей старше 65 лет (сейчас именно эта цифра маркирует в развитыхстранах начало пенсионного возраста). Но в обратном отсчете — от смерти — доля стариков (тех, кому до смерти осталось меньше 15 лет) растет значительно медленнее! А пенсионный возраст перестает быть возрастом «заслуженного отдыха».

Меняется и представление о старости. Все больше людей могут воспринимать ее как аналог молодости: работать уже не нужно, или на это тратится меньше времени, и его можно посвятить познанию жизни, досугу, путешествиям, своим интересам, хобби и прочим радостям.Люди перестают зарабатывать деньги и начинают их тратить — и все больше тех, кто может и хочетделать это с удовольствием. «Новые пенсионеры» будут первым поколением пенсионеров, которое пользуется интернетом. В США из поколения беби-бумеров 53% присутствуют на Facebook.Из американцев старше 50 лет треть покупает товары онлайн. Конечно, Россия сильно отстаетот развитых стран и в демографических процессах, и в потребительском поведении. Но движетсяв том же направлении. Для бизнеса все это означает одну очень простую вещь: нужно начинать думать о пожилых, в том числе об их сегментировании, целевом маркетинге, о предназначенныхдля них продуктах и услугах, о коммуникации с этим поколением.

«Главное — нужно доверие бизнесу и некоммерческим организациям, которое бы позволило пустить их в систему соцзащиты. На поддержку пожилых, социальную работу, соцзащиту федеральныйи региональные бюджеты тратят большие деньги»
Пока заметных проектов такого рода очень мало. Совсем недавно Агентство по реструктуризации ипотечных жилищных кредитов запустило проект обратной ипотеки, предлагавшийся экономистами, разрабатывавшими «Стратегию-2020». Обратная ипотека — кредит пенсионеру под залог его жилья, погашаемый за счет продажи залога после смерти. Если жилье стоит дороже, чем кредит, который пенсионер успел получить (плюс проценты), разницу получают наследники. Они же вправе погасить кредит, избегнув при этом продажи жилья. Но это лишь первый опыт. Некоторые проекты оказываются неудачными — в силу собственных ошибок, ужасающей бюрократии, отсутствия господдержки и т.д. (см., например, записки Ирины Шабут, открывшей и закрывшей частный дом для престарелых).

Очень многое нужно от государства. Речь даже не о деньгах. Хотя, например, совершенно непонятно, почему по товарам для детей действует 10-процентный НДС, а товары и услуги для пожилых аналогичной льготой не пользуются. Главное — нужно доверие бизнесу и некоммерческиморганизациям, которое бы позволило пустить их в систему соцзащиты. На поддержку пожилых, социальную работу, соцзащиту федеральный и региональные бюджеты тратят большие деньги.Еще есть целевые программы.

Вот, например, Краснодарский край за 2009–2013 годы потратит на целевую программу «Старшее поколение» 1,4 млрд руб. Но 43,7% этих средств — материальное стимулирование работников системы соцзащиты. Еще 13,3% — это, извините меня, «капремонт зданий госучреждений соцобслуживания», подведомственных департаменту соцзащиты; еще 15,1% — их же оснащение эргономичным оборудованием; 8,9% — строительство зданий и котельных учреждений того жедепартамента, 4,3% — покупка департаменту соцзащиты новых зданий, а 4,5% — оснащениеих работников соцобслуживания автотранспортом. В программе, разумеется, много интересных мероприятий и красивых слов, но вышеперечисленные расходы съедают 89,8% ее бюджета.

Государство должно изменить подход во всей адресованной старикам работе. Совершить открытие:не обязательно все делать самому! Если сформулировать, какую именно поддержку пожилым хочется оказать на 1,4 млрд руб., а затем через конкурсные процедуры распределить эти деньги между бизнесом и НКО, получится гораздо лучше. Государству тогда не придется тратить львиную долю денег на строительство, ремонт, автотранспорт и содержание соцработников. Конечно, при таком подходе материальная заинтересованность чиновников в реализации программ значительно снизится. Но аутсорсинг позволит оказать те же самые услуги на порядок лучше.

Смотрим тут:http://journal.dasreda.ru/

Источник:http://professionali.ru/Soobschestva/biznes-klub/biznes-na-starikah-boris-grozovskij-o-tom/?utm_source=NewTopics&utm_medium=email&utm_campaign=5-02-14